Единственная ошибка - не исправлять своих прошлых ошибок... /Конфуций/
Russian Bulgarian Chinese (Simplified) Czech English French German Italian Spanish Ukrainian

Анархисты Китая

Один из основателей журнала «Синь шицзы», Ли Ши-цзэн, писал: «Маньчжуры и иностранцы угнетают и эксплуатируют ханьский народ. Объединение ханьского народа для сопротивления насилию будет вполне правомерным. В этом отношении между национализмом и социализмом нет различия. Но социалисты отличаются от националистов тем, что они не только против чужеземцев, но и против врагов внутри своей нации». Почему социалисты-патриоты возражают националистам? «Потому,— отвечает Ли Ши-цзэн,— что национализм эгоистичен. Во-первых, национализм есть антиманьчжуризм. Но не все маньчжуры скверные... нельзя огульно, не отличая плохих от хороших, всех уничтожать». Националисты преследуют эгоистические цели, предлагая передать всю власть ханьцам с подчинением им остальных наций: маньчжуров, монголов, хуэйцев, тибетцев. Но не все ханьцы хорошие. Среди них тоже есть тираны и преступники. Национализм приводит к взаимному мщению, к вражде между нациями, к нескончаемым кровавым распрям между ханьцами и маньчжурами, а всякая месть противоречит справедливости, говорилось в журнале.

 

Ли Ши-цзэн призывал сотрудничать с теми маньчжурами, которые сочувствуют революции (в действительности в то время вряд ли такие были), и бороться против тех, кто за монархию. Он писал: «Против нас только меньшинство маньчжуров, только те, кто находится на службе у монархии». Ту же позицию занимает автор и по отношению к иностранцам: «Мы должны сотрудничать с теми иностранцами, которые разделяют социалистические идеи, выступают за прогресс, и бороться против тех, кто защищает доктрину насилия». По мнению Ли Ши-цзэна, «иностранцы, оскорбляющие китайцев, составляют лишь меньшинство. Это только те, кто близок к правительству и его ведомствам».

В «Письме к друзьям» предлагалось заменить лозунг «борьбы против маньчжуров» лозунгом «борьбы против монархии», а лозунг «расовой» революции — лозунгом политической революции, ибо свергнуть следует не только маньчжурскую, но и монархию в Китае вообще. «Политическая революция значительно шире, она имеет больший масштаб. Совершая такую революцию, мы добиваемся счастья не только для одного государства, но для всего мира... Если иностранные государства против нас применяют насилие, значит, они враги гуманизма. Выступая против врагов гуманизма, мы, даже если не говорим о защите отечества и нации, на деле укрепляем отечество и нацию».

Эти справедливые и в целом совершенно бесспорные положения анархисты, однако, использовали как аргументы для полного отказа от борьбы против национального гнета. «Наша революция направлена на достижение социальной справедливости, а не на воздаяние маньчжурам и тем более не на отмщение иностранцам, чтобы смыть позор, нанесенный ими,— писал Ли Ши-цзэн.— Вот почему наша революция не может вызвать ни смуту внутри страны, ни интервенцию держав и раздел Китая».

Полемизируя с различными оппонентами, анархисты ратовали за немедленную революцию, невзирая на угрозу интервенции и раздела страны иностранными державами. Не находя путей борьбы с иностранным насилием, они утешались тем, что «существующее правление приносит еще больше бедствий народу, чем принес бы раздел Китая иностранцами. К чему же тогда опасаться раздела?.. Если в нас достаточно силен дух революции, нас не покорят иностранные державы. Но если и покорят, мы ведь все равно находимся на положении рабов и без раздела страны».

«Архирадикальные» суждения анархистов об узости антиманьчжурской, антиимпериалистической революции на деле означали отказ от национально-освободительной борьбы.

Сторонники «Синь шицзы» выступили против принципа народовластия. Ли Ши-цзэн цисал: «Так называемое народовластие в действительности есть власть богачей... В Японии до сих пор господствует император. Микадо по-прежнему считается священным и неприкосновенным. В Америке и Франции, слывущих наиболее демократическими странами, женщины, составляющие половину населения, лишены политических прав, беднота — абсолютное большинство населения — не участвует в управлении государством. У них для этого нет реальных возможностей, которые в избытке у тех, кто имеет деньги... словом, все политические государственные органы находятся в руках незначительного числа богачей». В буржуазных республиках свобода и равенство существуют только для богачей, но не для бедных. По мнению Ли Ши-цзэ-на, «смена абсолютизма экономическими монополиями есть лишь внешняя перемена». Он обвинял деятелей различных партий в «надувательстве народных масс ради собственного избрания». Они изменят народу, как только очутятся у власти. Следует парадоксальный вывод: «Кто за демократию, тот за интересы богатых и знатных, а не за интересы неимущих па-родных масс».

Как бы ни была справедлива критика буржуазной демократии, содержащаяся в приведенных высказываниях Ли III и-цзэна, отказ анархистов от борьбы за буржуазно-демократическую республику, безусловно прогрессивной при тех исторических условиях, на деле был на руку антидемократическим реакционным силам Китая.

Главным и единственным лозунгом редакции и авторов «Синь шицзы» был лозунг борьбы за социализм в его извращенной, анархистской интерпретации. В противовес национализму и демократизму, за которыми скрывались, по мнению этой группы, чисто эгоистические стремления тех или иных деятелей, анархистский «социализм» был единственно справедливым принципом, соответствующим интересам всех народов мира.

Анархисты выдвигали три основных программных требования: ликвидация всякой власти и насилия, т. е. ликвидация политического устройства вообще; уничтожение порочных традиций во имя полной свободы, т. е. искоренение религии, преодоление суеверий и распространение научных знаний, ликвидация патриархального строя с его родовыми и семейными отношениями; установление подлинного экономического равенства, уничтожение причин расслоения общества на бедных и богатых, проведение в жизнь принципов коммунизма, установление морального равенства, ликвидация сословных различий.

Только при этих условиях, по утверждению журнала «Синь шицзы», наступит эпоха социализма и великого благоденствия, настанет время полной свободы, абсолютного равенства и всеобщей любви.

Для практического осуществления своей программы в условиях Китая деятели анархистского толка предлагали: вести борьбу против существования вооруженных сил, законодательства и налогов; против частной собственности; против религии.

«Если в прежние времена  народные  массы  еще  могли оказывать вооруженное сопротивление тираническим правительствам и свергать их, — говорилось в «Синь шицзы», — то теперь народ ничего  не может  противопоставить  мощному вооружению, находящемуся в руках власть имущих. С появлением магазинных винтовок заканчиваются все революции». Социалисты-анархисты были решительно против создания революционной армии и против вооруженной борьбы за власть, считая, что применение насилия против насилия «есть выражение эгоистического честолюбия, прикрытого вывеской революции». Анархисты полагали что само по себе наличие вооруженных сил служит причиной возникновения войн, в которых «простые люди жертвуют своей жизнью и имуществом во имя защиты собственности и имущества насильников-властителей». С такой платформы они отвергали зсякую   вооруженную силу, всякие войны,   в том числе и революционные. Они наивно думали, что стоит развернуть пропаганду идей гуманизма, с тем чтобы честные люди отказывались служить в армии, и тогда, мол, «сами собой распадутся вооруженные силы противника, у хищного тигра окажутся вырванными клыки и когти, правительство рухнет без всяких выступлений революционной армии».

Авторы «Синь шицзы» выступали против всяких законов, которые, по их словам, есть «талисман для защиты правительства от посягательств народных масс». При абсолютизме законом была воля монарха. В конституционных республиках Европы, Америки и Японии всевозможные статьи и кодексы защищают интересы кучки богачей и властителей, но не большинства народа. «Существование законов никоим образом не совместимо с личной свободой, с принципами справедливости — подчеркивал Ли Ши-цзэн.— Законы существуют не в интересах всего общества». Поэтому во имя свободы и справедливости не следует подчиняться законам, нужно выступать против закона, за полную их ликвидацию.

Анархисты из «Синь шицзы» считали, что население не должно платить налоги, ибо налог есть форма эксплуатации, «выжимания соков из народа». Так было при абсолютизме, так продолжается и при конституционном или республиканском строе. Средства, собранные у народа, расходуются на расточительную жизнь правителей и на содержание армии, защищающей привилегии власть имущих. Утверждая, что налоговая система самая несправедливая, противоречащая прогрессу общества, анархисты призывали к бойкоту налогов. Они считали, что «выступление против налогов есть одновременно выступление против оружия, против законов и власти вообще».

Во имя уничтожения социального неравенства анархисты из «Синь шицзы» предлагали сразу же ликвидировать частную собственность, это прекратит бесчинства капиталистов и спасет простой народ от нищеты и насилия. «Исчезнут голод и холод, все люди будут трудиться сообща и пользоваться всем сообща, отдыхать и развлекаться сообща, и тогда осу-ществлятся идеалы коммунистического общества». Анархисты предлагали вообще ликвидировать деньги, чтобы «достичь полной свободы и равенства».

Анархисты обстоятельно и ярко обосновывали необходимость борьбы с религией. Ли Ши-цзэн разоблачал лживость теории, утверждающей, что религия защищает моральные устои. Религия сковывает мысли, писал он, тормозит прогресс человечества. Она принуждает людей слепо верить и подчиняться. Вера порождает суеверие, а подчинение — корень рабской психологии. Религия выдумывает всякие небылицы о небесных законах, о загробной жизни, о предопределенном богом непосильном труде простого народа и праздной, паразитической, беззаботной жизни богатых и знатных. Протест против «рока» расценивается религией как неповиновение божественной воле. Следовательно, религия есть орудие морального разложения и духовного закабаления народа.

Ли Ши-цзэн разоблачал злоупотребления и преступления жадных и хищных служителей религиозного культа. «Религия как орудие управления народом тесно связана с политикой. Религия и политика — соучастники преступления».

 




Наши партнеры
Одесская областная Федерация Ушу, Удивительный Китай, Ушу в Одессе